Производство одежды в России устремилось к нулю

фoтo: pixabay.com

Нa рынкe лeгкoй прoмышлeннoсти РФ слoжился oпрeдeлeнный пaрaдoкс: нeсмoтря нa нeкoтoрый рoст oбъeмoв прoизвoдствa (сoглaснo прoгнoзaм «Сoюзлeгпрoмa», в 2017 гoду oн сoстaвит 2,5% — дo 413 млрд рублeй) и пусть мeдлeннoe, нo всe-тaки вoзврaщeниe пoтрeбитeльскoгo спрoсa пoслe пeрeжитoгo экoнoмичeскoгo шoкa, рoссиянe прoдoлжaют пoкупaть прoдукцию инoстрaнныx кoмпaний. При этoм, пo дaнным вeдущeгo aнaлитикa ГК TeleTrade Мaркa Гoйxмaнa, в aвгустe 2017 гoдa прoизвoдствo oдeжды в Рoссии сoкрaтилoсь нa 8%, a издeлий из кoжи — нa 4,4%.

Прaвдa, eсли гoсудaрствo oкaжeт пoддeржку oтeчeствeнным прoизвoдитeлям, рoссийский лeгпрoм смoжeт пoкaзaть бoлee высoкиe рeзультaты, убeждeн спeциaлист Castle Tailored Suits Влaдислaв Югoв. Oднaкo и тут нe без проблем. «Кредитование отрасли затрудняет тот факт, что отечественную легкую промышленность принято считать рискованной», — утверждает эксперт.

При всех нюансах в оценках специалисты сходятся в одном: российская легкая промышленность находится в тяжелом положении, причем кризис минувших двух лет его только усугубил, высветив две главные проблемы отрасли — недостаток сырья и изобилие контрафактной продукции.

Сырье осталось в Средней Азии

Производство натуральных тканей в России неуклонно падает со времен развала СССР. Деградация обусловлена высокой долей хлопчатобумажных тканей в структуре производства. В свою очередь, изготовление льняных тканей, шерсти и шелка невозможно без достаточного количества сырья.

«Текстильная промышленность в России по большому счету практически отсутствует, — комментирует член Торгово-промышленной палаты России Анна Вовк. — Резкое сокращение показателей произошло при распаде СССР, поскольку большинство текстильных предприятий располагалось поближе к сырью, в том же Узбекистане, например. Далее шел постепенный развал остатков промышленности».

Директор Союза производителей и экспортеров товаров легкой и текстильной промышленности «Союзлегтексэкспорт» Станислав Зверев отмечает, что отечественное сельское хозяйство не дает достаточного количества сырья для легкой промышленности: «Весь хлопок теперь производит Средняя Азия, а лен раньше в достаточном количестве производился и в России. Это Вологодская и Тверская области, Алтай — эти регионы хорошо приспособлены для выращивания льна, но в последние годы по объективным причинам его производство резко сократилось». Специалист утверждает, что отрасль на 70% зависима от поставок импортных тканей, в первую очередь натуральных.

Как бы отечественные производители ни старались, но производить хлопок в России не получится. «Даже в южных районах климат неподходящий, — продолжает Вовк. — Поэтому здесь бессмысленно говорить о недостатке финансирования: этого сырья в России в должном количестве быть не может по вполне естественным причинам».

Вот со льном дело обстоит несколько лучше. Согласно данным Минпромторга, Россия обеспечивает себя льном примерно на 50%. «Теоретически аграрные предприятия могли бы обеспечивать отечественную промышленность на 75–77% своим сырьем, но иностранные текстильные предприятия более платежеспособны, и 35% отечественной продукции уходит на экспорт», — подчеркнула представитель Торгово-промышленной палаты.

Выходит, что объемы производства льна ограничиваются спросом наших текстильных предприятий, а не возможностями аграриев.

Праздник контрафакта

Треть товаров на российском рынке легкой промышленности — контрафакт. Таковы данные Минпромторга. Как ни странно, но существенная доля незаконных, «липовых» вещей и обуви идет на российские прилавки не из Китая и других стран Азиатско-Тихоокеанского региона, как это принято считать, а со станков отечественных предприятий — как отечественных, так и вполне легально работающих в российской юрисдикции. Свыше 60% «левого» товара производят на территории РФ.

«Изготовление контрафакта перекочевало на территорию России по той простой причине, что его производство в том же Китае или Вьетнаме экономически нецелесообразно: такой товар должен стоить в разы дешевле оригинальной продукции, а с учетом затрат на оплату уже довольно-таки дорогой рабочей силы на азиатских фабриках, транспортировку, логистику и таможенные сборы это конкурентное преимущество в цене нивелируется», — рассказал «МК» аналитик «Алор Брокер» Кирилл Яковенко.

Между тем борьбу с контрафактом в России ведут совместно несколько ведомств: Генеральная прокуратура совместно с МВД, ФСБ и Федеральная таможенная служба (ФТС). По их данным, в ходе проверок, проведенных в текущем году, было выявлено около 19 тыс. нарушений закона. В результате возбуждено свыше 6 тысяч дел об административных правонарушениях и 44 уголовных дела.

Впрочем, все эти достижения правоохранителей пока общей картины на рынке не меняют. Разгул подделок на рынке Анна Вовк объясняет тем, что покупать оригинальную одежду на фоне продолжающегося снижения реальных располагаемых доходов населения могут далеко не все. А вот к раскрученным брендам народ уже привык.

«К контрафакту относят не только откровенную подделку под известные бренды, но и просто неучтенный товар, — поясняет Вовк. — Издержки отечественных предприятий, работающих на неэффективном устаревшем оборудовании и облагаемых чрезмерной налоговой нагрузкой, слишком велики. Поэтому они просто вынуждены уходить в тень и не учитывать часть произведенной продукции, чтобы хотя бы снизить декларируемую прибыль».

Так что контрафактом в России может быть и вполне качественная одежда без подделки бренда.

Член Совета Федерации РФ Олег Цепкин отметил, что сама «фейковая» вещь не так страшна, как тот материал, из которого ее производят. Такой товар может попросту причинить вред здоровью человека. «Он имеет повышенное содержание токсинов, которые вызывают аллергию и даже отравление у людей, — сообщил Цепкин. — При этом поступающая в Россию одежда не проверяется таможенными органами и продавцами».

фото: Иван Скрипалев

Чип спешит на помощь

Президент России Владимир Путин в конце августа говорил о необходимости борьбы с фальсифицированными потребительскими товарами в сфере легкой промышленности. Один из методов — обязательная маркировка, как было сделано с меховыми изделиями. «Мы не в равных условиях с зарубежными производителями, — признал Станислав Зверев. — Из-за контрафактного товара наша легкая промышленность очень страдает. Когда была предложена маркировка меховых изделий, выяснилось, что неофициально их продавалось в несколько раз больше, чем официально. Сейчас мы работаем над тем, чтобы каждая пара обуви, каждая единица одежды маркировалась, чтобы знать, что она не контрафактная, не контрабандная, — тогда наступит порядок, а иначе наша промышленность так и будет в неконкурентных условиях».

Действительно, с 1 апреля 2016 года на всей территории ЕАЭС запрещено продавать меха без специальных чипов — после этого заметно снизилась доля контрафакта на рынке изделий из натурального меха. Из тени вышли 24% производителей такой продукции — это хороший результат. Но меховые изделия — это дорогой товар с большой наценкой, не пользующийся массовым спросом.

С недорогими массовыми товарами ситуация может быть иная, предупреждает Анна Вовк: «Цена чипов — не главная проблема, они стоят порядка 20 рублей и сами по себе не окажут значительного влияния на конечную цену одежды. Но, несомненно, возникнут проблемы на таможне. На узкий рынок шуб они не оказали влияния, однако проблемы поставок товаров массового потребления приведут к дефициту и росту цен».

Декан Высшей школы маркетинга и развития бизнеса НИУ ВШЭ Татьяна Комиссарова считает, что маркировка продукции поможет защитить потребителей от некачественного товара. «Сейчас Минпромторг прорабатывает вопрос маркировки одежды. То же самое нужно сделать и с обувью. Тогда некачественный импортный товар будет отсекаться уже на границе», — отметила эксперт.

Другого мнения придерживается Кирилл Яковенко. По словам эксперта, решить проблему контрафактной одежды путем введения обязательного чипирования невозможно. «На сегодняшний день абсолютное большинство представленных на российском рынке брендов одежды и обуви свою продукцию уже чипируют, используя в том числе RFID-технологии (Radio Frequency IDentification, метки для радиочастотной идентификации товаров. — «МК»), для автоматизации логистики и выявления контрафакта в рознице, — отметил он. — Однако, как видно, это не помогает». Следовательно, если на относительно дешевый контрафакт есть спрос, его производство и сбыт сами по себе никуда не денутся.

фото: Иван Скрипалев

Спрос на «царские шмотки» растет

Несмотря на ужасающее количество граждан, живущих за чертой бедности (около 22 млн человек), падение реальных доходов населения, а также зашкаливающее количество контрафактного товара, рынок одежды «лакшери» в стране выходит из кризиса.

Удивительно, но потребление товаров роскоши, которые доступны минимальному, особо состоятельному контингенту, в сентябре 2017 года в России показало рост. Об этом говорится в исследовании компании Ipsos Comcon Premier-2017.

Товары категории «лакшери» представляют собой сочетание ограниченной доступности и бешеной стоимости изделий, что не всегда обоснованно. Экономический кризис 2014–2016 годов привел к снижению потребления одежды именитых брендов наивысшего класса и наивысшей стоимости. Согласно исследованию, в докризисном 2013 году 68% граждан с высокими доходами предпочитали дорогую брендированную одежду. В 2016 году их доля снизилась до 55%, а в 2017-м вновь возросла до 60%.

Причем анализ рынка, проведенный Ipsos Comcon, показал, что 89% тех «избранных», которые имеют высокие доходы, приобретают дорогостоящую одежду на территории РФ — но не отечественного производства. Таить нечего: в этой отрасли России до импортозамещения еще очень и очень далеко. Впрочем, одежду, произведенную на территории нашей страны, можно назвать отечественной только с большой натяжкой — из-за необходимости применения импортных тканей.

«Восстановления производства российских тканей пока не предвидится, поэтому успех отечественной одежды масс-маркета (продукции, рассчитанной на массового потребителя, отличающейся средним качеством и демократичной ценой. — «МК») зависит только от выбранных полуфабрикатов, — рассказывает Анна Вовк. — К одежде более высокого качества предъявляются более высокие требования. И здесь отечественные предприятия с устаревшим оборудованием выглядят весьма бледно».

В продажах одежды класса люкс для потребителей на первый план выходят громко звучащие названия знаменитых импортных брендов с богатой историей, чем, увы, не могут похвастаться отечественные производители. Но при этом нельзя со стопроцентной уверенностью утверждать, что состоятельные россияне покупают в наших магазинах оригинальную вещь, а не подделку, так как фальсифицируют преимущественно дорогие марки одежды. Обусловлено это тем, что при низкой себестоимости итоговая цена товара ставится достаточно высокой — «под бренд», что позволяет компаниям, производящим контрафакт, получить хорошую прибыль, считает старший аналитик «Фридом Финанс» Богдан Зварич. Обычную же, повседневную одежду недорогих брендов подделывать не имеет смысла, так как ее нельзя продать по цене существенно выше себестоимости производства.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.